Хроматическая гамма

Хроматическая гамма — это все полутоны октавы, сыгранные по порядку: двенадцать нот, а затем октава.

Это не гамма в обычном смысле

Другие гаммы включают лишь часть нот. Мажорная гамма берёт семь из двенадцати, оставляя пять за пределами гаммы. Этот принцип отбора придаёт ей определённое строение: тонику, вводный тон, устойчивые звуки и звуки, которые стремятся к движению.

Хроматическая гамма не исключает ничего. Все ноты доступны в равной степени, поэтому сама гамма не выделяет ни одну как точку покоя. У неё нет:

• собственной тоники
• собственного набора ключевых знаков
• определённой мажорной или минорной окраски

Это не критика, а определение. Это исходный материал, из которого формируется любая другая гамма.

Как её записывают

Нот в ней больше, чем буквенных названий, поэтому правило «одна буква на каждую ступень» здесь неприменимо. Для упражнения без заданной тональности эта условность даёт практическое решение:

• При движении вверх используйте диезы: C C♯ D D♯ E F F♯ G G♯ A A♯ B C
• При движении вниз используйте бемоли: C B B♭ A A♭ G G♭ F E E♭ D D♭ C

Логика в том, что знак альтерации должен указывать направление мелодической линии. Диез повышает ноту, поэтому подходит для восходящего движения; бемоль понижает, поэтому подходит для нисходящего.

В музыкальных произведениях написание, напротив, определяется гармонией. Хроматический пассаж в произведении в ми-бемоль мажоре будет записан с теми знаками альтерации, которые позволяют легко прочитать ноты в окружающем тональном контексте — см. энгармонически равные звуки.

Для чего она используется

Проходящие ноты. Хроматическая нота между двумя нотами гаммы: через неё проходят, а не останавливаются на ней. Это самый распространённый способ использования.

Хроматические пассажи. Как украшение или для создания напряжения без закрепления в определённой тональности.

Техника. Хроматические упражнения — обычный материал для практики, поскольку они равномерно охватывают все ноты и все сочетания пальцев.

Додекафонная музыка. В начале XX века композиторы использовали двенадцать нот как намеренно равноправный набор — именно для того, чтобы ни одна из них не воспринималась как точка покоя.